Wedding Профи
В особо крупном масштабе: как работают декораторы мирового уровня

В Москву в рамках проекта WEDDING ELEMENTS с уникальным мастер-классом и лекцией приехали самые знаменитые декораторы мира, DesignLab Experience. О том, как они работают и что ими движет, рассказали управляющие партнеры компании Мутасем Ильбаба и Хиба Альбакри и архитектор Марван Маалуф.

 

Лика Длугач: Это ваш первый опыт публичных выступлений? Что вы ­чувствуете?

Мутасем Ильбаба: Хорошо и даже прекрасно. Я никогда не думал, что с нами такое случится, и это мне нравится.

 

 

Лика: А почему вы не хотели раньше делиться своим опытом?

Мутасем: Мы не эгоисты, нет. Я просто никогда не думал об этом. Может Хиба думала, ведь это была ее мечта. И она исполнилась. Я шучу!

Лика: Мне известно, что Wedding Factory начали переговоры с вами примерно полтора года назад. Почему вам понадобилось так много времени чтобы принять приглашение?

Мутасем: Ну, время ушло на убеждение… 

Хиба Альбакри: Его полтора года надо было убеждать. Безусловно, для нас это большая честь, так как нам действительно приходит много просьб приехать и поделиться историей успеха. Однако из-за очень жесткого графика и нехватки времени мы ждали правильного случая. После очередного разговора с организатором (Евгения Беспалая, Wedding Factory) по «Скайпу» мы поняли, что это будет уникальный опыт, близкий нам по философии и тому, как мы себе это представляли. Мы всегда хотели олицетворять чисто академическую точку зрения, нам не хотелось, чтобы нас звали поговорить о трендах церемоний бракосочетания, о том, сколько цветов следует поставить в центре и как расставить свечи. Мы живем не этим. Это не наша история. Мы всегда хотели рассказывать о том, как мы мыслим, что мы делаем и почему мы это делаем так или иначе. Вот о таких вещах. Так что для нас было очень важно, чтобы подход был соответствующим, и Евгения нас поняла и приняла все пожелания с нашей стороны. Она представила нас как архитекторов. И это новый подход в свадебном бизнесе.

 

 

Лика: У вас в DesignLab есть своя собственная философия. В чем она заключается? В чем ваша уникальность?

Мутасем: Мы все время стараемся не скучать. Если нам становится скучно, мы делаем шаг назад. Так что наша уникальность заключается в том, что мы стараемся не скучать и продолжаем работать. Вот и все.

Лика: Продолжать работать и быть заинтересованным…

Хиба: Совершенно верно. И всегда работать над чем-то новым, всегда совершенствоваться, брать новые проекты. И хотя мы знаем, что эта формула работает, мы время от времени пытаемся привнести в нее новые элементы. Так что наша формула постоянно развивается и, как сказал Мутасем, мы не скучаем. Когда работа становится рутиной, вы делаете одно и то же изо дня в день, утром и вечером, то со временем пропадает вся радость от вашего занятия.

Мутасем: А рутиной становится все. Абсолютно все.

Лика: Даже утренний кофе.

Мутасем: Точно. Это рутина. Чтобы избавиться от нее, вам необходимо изменить что-то в подходе. И нам кажется, что мы можем помогать другим в этом. Делать других своими конкурентами. Да что там, мы конкурируем сами с собой.

Лика: Значит, вы можете быть учителями, вести людей за собой, вы можете научить их быть неожиданными, двигаться…

Хиба: Именно об этом мы и пытались рассказать на презентации. У вас всегда есть два варианта: вы можете быть осторожными и предсказуемыми или рисковать и быть непредсказуемыми. И мы, похоже, всегда выбирали второй вариант, и не столько потому, что этого хотят клиенты, сколько потому, что мы всегда хотим ставить перед собой новые цели. Имея за плечами те события, которые происходили с нами за последние два года, мы решили, что уже можем рассказать нашу историю. До этого было еще слишком рано. Для многих людей этот архитектурный, арт-инсталляционный подход был в новинку. В каждом следующем проекте мы делали исследования по истории архитектуры, работам определенных архитекторов из разных стран, проведению текущих инсталляций, культурным особенностям. Мне кажется, что на данный момент у нас набралось уже достаточно проектов, чтобы подтвердить наш успех, так что пришло время поговорить о нашей истории.

Мутасем: И нам повезло, очень повезло. Потому что у нас почти идеальная клиентура.

 

 

Лика: А вы помните первый проект, который вывел вас на подобную работу? Неожиданную, непредсказуемую, абсолютно необычную для всех, архитектурную, способную влиять на умы?

Хиба: Я думаю, что поворотным для нас был проект The Journey («Путешествие»). В нем нам удалось убедить клиента сделать нечто выходящее за рамки норм, принятых в культуре и соответствующих статусу. И с тех пор мы чувствуем огромное уважение со стороны коллег по бизнесу, что, в свою очередь, позволило нам взяться за проект под названием Lucid Dream («Осознанное сновидение»), который включал шоу и выступление. The Journey – это был проект с большими деревьями, и впечатления впервые были такими сильными. В следующем проекте были впечатления и развлечения. В следующем – впечатления, развлечения и структуры, то есть проекты становились все более комплексными.

Лика: Но начинали же вы с обычных проектов? Чего-то более… нормального, если так можно сказать?

 

 

Хиба: Да, но наш подход никогда не был «нормальным». Даже если это был проект на 300–400 человек, мы всегда привносили элемент «ненормальности». У нас был проект Firefly («Светлячок») на 250 человек, и мы так разместили лампочки, что все казалось «ненормальным».

Лика: Но отправной точкой вы считаете именно The Journey, так?

Хиба: Наверное. Не знаю. Я никогда не думала об этом раньше. В том же Firefly мы использовали самые обычные элементы самым необычным образом.

Лика: Если начинать с самого начала, как в голливудских фильмах, таких как «Миссия: невыполнима», «Армагеддон», мы видим истории персонажей, как они встретились… Расскажите вашу историю. Как вы встретились, как стали командой?

Мутасем: Это произошло во время Второй мировой… На самом деле я работал с отцом Марвана, и знаю Марвана с 7 лет.

Лика: Так вы вырастили его архитектором для своей команды?

Мутасем: Да, теперь он с нами. На самом деле я не помню, как мы начинали с Марваном, но прекрасно помню, как встретил Хибу. Я слышал про нее… Пусть она сама расскажет.

Хиба: У меня было агентство, сначала свое. Так случилось, что мне пришлось взяться за проведение свадьбы моей сестры, и с этого все и началось. Почти три года я все делала сама, подряжая поставщиков. После первых двух лет вопросы «А ты знаешь Мутасема Ильбабу? Видела его работы?» стали звучать все чаще и чаще. И в какой-то момент я просто поняла, что мне нужно сесть на самолет, полететь в Ливан, чтобы встретиться с ним. Я знала, что он работает вместе с Марваном, так что это будет встреча со сработавшимся за 7 лет дуэтом…

 

 

Мутасем: Мы начали работать вместе в 2001 году. Занимались программами на телевидении, спектаклями, выставками, видеоклипами и рекламой. В общем, много поработали в самых разных областях. И параллельно занимались декорированием свадеб.

Хиба: А я встретилась с ними в 2008-м.

Лика: А откуда пришла идея создания DesignLab?

Мутасем: На самом деле этот сектор бизнеса не был таким уж большим в то время. Но довольно быстро стал большим. Само развитие рынка располагало. Все же было достаточно традиционно: жених там, невеста тут, стулья, цветы, все очень просто. Так что нам было, где развернуться. Мы ведь делали кое-что и до того, как создали DesignLab. Большие проекты, которые стали поворотной точкой для всего сектора. Мы первыми использовали электромеханические приспособ­ления, подъемники, лифты и прочее. И мы подтолкнули остальных участников рынка, заставили их думать иначе.

Хиба: Но я не думаю, что это было нашей целью. Мы просто стремились всегда использовать разнообразный накопленный опыт, особенно опыт Марвана и Мутасема, который они получили в самых разных областях. Так что когда мы начали работать вместе, то стали «играть» на разных инструментах. И каждый проект стал приносить много радости. Например, для одной пары мы сделали так, что невеста вышла из лифта, для другой сделали платформу, поднимающуюся от пола до потолка. Все казалось возможным. У меня, по крайней мере, мечты становились все более масштабными, и я задумалась над тем, как мы могли бы просто продолжать работать вместе, и делать шаги, которые в результате привели нас к сегодняшнему дню. Каждый наш шаг был рискованным. В одном риск касался, как Мутасем сказал, механики, в другом – архитектуры, в третьем – вообще всего…

Марван: Мы не мыслим свадьбами. Мы не занимаемся свадьбами. Мы считаем это проектами. И не важно, в какой области.

Хиба: Как мы можем сделать его интересным, чем можем «приправить»…

Марван: Как мы можем организовать пространство, создать целую вселенную, в которую попадут люди и получат уникальные впечатления.

Мутасем: Как-то раз мы из ничего сделали банкетный зал. Создали пространство из пустоты.

 

 

Лика: Если не секрет, какое у вас образование?

Хиба: Ничего особенного в моем случае. Я всегда интересовалась искусством. Изучала декоративно-прикладное искусство и французскую культуру в США. Для меня главное – делать что-то своими руками. Я с 13 лет что-то мастерила и продавала, отыскивала новые способы, как делать вещи своими руками. А Мутасем, как мне кажется, имеет врожденный инстинкт.

Мутасем: Да, я был рожден в искусстве. 

Хиба: Я верю в это. У него глаз наметан и невероятный инстинкт. Может, Мутасем и не любит в этом признаваться, но он совершенно точно действует, исходя из этого.

Лика: Мы говорили о первом проекте, который был для вас прорывом. А какой проект у вас самый любимый? Какой-нибудь, например, в самом необычном и странном месте?

Мутасем: Мы еще его не сделали. Вот самый любимый.

Хиба: Это правда, у нас нет самого любимого.

Лика: Вы любите все свои проекты?

Хиба: Мы любим их все.

Марван: В каждом мы находим что-то новое, пробуем что-то новое, мы поражаемся, когда работаем над ним, а потом, когда он сделан, мы говорим: «Ладно, давайте сделаем что-то еще». Мы познаем проект, только когда он закончен.

Лика: Хорошо, если нет самого любимого, расскажите о проекте в странном месте, о проекте, в котором вы сделали что-то странное даже по вашим меркам.

Хиба: Странное место? Однажды у нас был проект, который должен был пройти в банкетном зале, но отец невесты попал в больницу и банкетный зал отпал. Нас попросили перенести дизайн как он есть на ферму и провести мероприятие на вертолетной площадке в шатре. Мы поставили тент и у нас было всего две недели на проведение работ, которые требовали по меньшей мере полутора месяцев, а то и двух. Это был один из самых больших «напрягов» для нас. Нам пришлось все перевезти, поменять декорации проекта, чтобы их можно было разместить в шатре, а ведь изначально это должен был быть банкетный зал, в котором можно вешать что угодно и куда угодно. И все это было в пустыне в Саудовской Аравии, причем температура на улице была ниже нуля. Нам пришлось проделать всю эту незапланированную работу. Это был один из самых сложных проектов из всех, что мы сделали вместе.

Марван: Когда гости начали прибывать в 8:30, мы все еще мыли пол.

Хиба: Такого никогда не случалось! Мы всегда заканчиваем за день, чтобы быть готовыми. Но в той ситуации клиент поставил нас в жесткие условия: она не хотела отменять свадьбу, до ее даты оставалось три недели, отца выписали из больницы – и если свадьба не состоялась бы тогда, то ее пришлось бы переносить самое меньшее на полгода, а это было неприемлемо. Все это напоминало участие в гонке. Этот проект вымотал нас как ни один другой. Воля обстоятельств. У нас не было выбора.

 

 

Лика: Сколько времени в среднем занимает проект с начала подготовки и до самого события?

Мутасем: Мы делаем 8–10 проектов в год. Можете посчитать среднюю ­длительность. Иногда на проект уходит три месяца, иногда два.

Хиба: В основном минимальный срок от первой встречи до самого события – 3 месяца. У нас редко бывают проекты меньшей длительности. Зачастую клиенты звонят за полгода или год, чтобы забронировать дату. Нам больше всего нравится работать над проектом полгода. Если до даты 10 месяцев, мы все равно будем стараться работать полгода, потому что все время должно что-то происходить, иначе клиенту может наскучить, он начнет смотреть на проекты других людей, менять что-то на ходу.

Мутасем: А иногда жених начинает изменять невесте. 

Лика: Сколько людей обычно занято на проекте на всем его протяжении?

Мутасем: От 100 до 500–600.

Хиба: Конечно, все зависит от размера проекта. Самый маленький проект, над которым мы работали, включал, наверное, около ста человек, которые работали, конечно, не с начала и до конца. Но после начала количество занятых на проекте постепенно увеличивается, пока команда не будет полной, все сто человек, которые работают в тесном контакте до последних дней. В каждом проекте бывает по-разному, двести человек, триста, все зависит, например, от того, есть ли в проекте развлекательный элемент или шоу, какие мощности задействованы по обеспечению едой, освещением, с какими артистами мы сотрудничаем. Чем масштабнее требования, тем больше человек требуется в команды, которые будут реализовывать их.

Лика: Вы всегда работаете с одними и теми же подрядчиками или меняете их?

Хиба: Мы стараемся работать с одними и теми же людьми. Мы довольно лояльны, мы верим в это, поскольку это дает нам необходимую степень конфиденциальности, и мы также считаем, что эти люди больше выкладываются, когда знают, что сотрудничество может быть долгосрочным.

Мутасем: Нашим клиентам также нужна конфиденциальность, поэтому принцип работает в обе стороны. Мы лояльны к подрядчикам, клиенты лояльны к нам, в общем, это круговая система.

Лика: А у вас есть какая-то особая система коммуникации с теми, кто работает на ваших проектах, ведь команда может быть такой большой, например, 500 человек?

Мутасем: На самом деле мы перевариваем все сложные штуки. Мы упрощаем их, не даем много думать, а просим просто делать. Мы не даем возможности вносить собственные предложения, иначе все будет крайне сложно. Если каждый будет что-то предлагать, это будет солянка какая-то.

 

 

Лика: Как вы выбираете подрядчиков, и что надо сделать, чтобы попасть в один из ваших проектов?

Хиба: Чаще мы их сами находим. Мы смотрим работы, историю, беседуем с ними по «Скайпу», чтобы понять, проскочит ли между нами искра, чтобы убедиться, что мы сработаемся. Потому что им, конечно, нужна свобода в реализации их креативных замыслов, а нам необходимо убедиться, что мы получим тот конечный результат, который требуется. Ведь клиент подписал контракт с нами и полагается на наши решения в области выбора подрядчиков. Так что здесь все основано на доверии: клиент доверяет нам, но нам также нужно доверять своим подрядчикам. Если честно, мы хотим видеть усилия, хотим видеть людей, которые постоянно находят новые пути решения проблем. К нам обращается много подрядчиков, они хотят работать с нами в области освещения или фотографии, постановки шоу, разработки программы развлечений. И мы всегда ищем единомышленников, всегда пытаемся выйти за рамки обыденного. Если мы видим это в портфолио, то понимаем, что с этим подрядчиком можно работать, поскольку он мыслит теми же категориями, что и мы.

Лика: Вам наверняка известно, что по всему миру копируют ваши работы, поскольку вы служите примером для многих людей, агентств, декораторов, дизайнеров и других специалистов. Вдохновением даже. А что или кто вдохновляет вас?

Хиба: Архитекторы.

Марван: Нас все вдохновляет. Все, что касается искусства. От архитектуры до работ художников-постановщиков в кино, от инсталляций до картин. Мы пытаемся получить вдохновение отовсюду.

Хиба: История – постоянный источник вдохновения для нас, будь то история архитектуры или всемирная сокровищница живописи, или культурологические исследования. Это всегда помогает нам думать по-другому и «не застревать». И это самый безопасный способ развития…

Мутасем: Я расскажу вам, как мы думаем. Иногда мы делаем проект за неделю. В эту неделю мы пробуем то, се, рендеринг, Автокад, 3D и прочее. На это уходят часы. Но внезапно мы понимаем, что чего-то не хватает. Мы прекращаем менять этот проект и выкидываем все, что напридумывали. И начинаем все сначала, но в другом направлении. И так с нами происходит очень часто.

Лика: Очень интересно, ведь поменять идею всегда так трудно.

Мутасем: Изменить что-то просто. Но чтобы мыслить по-другому, надо начинать с чистого листа. Вот так мы думаем.

Лика: Как вам всегда удается прийти к единому мнению?

Мутасем: Нет, мы на самом деле всегда деремся. Не волнуйтесь.

Лика: Вы спорите?

Мутасем: Нет-нет, сражаемся. 

Марван: Когда мы разрабатываем новый проект, у нас бывает миллиард стычек. Стресс, битва, все такое.

Хиба: Да-да, все просто ужасно. Очень напряженно. Новые сотрудники пугаются, они не понимают, что происходит. Они как будто оказались в родительском доме, где отец с матерью все время ссорятся. Реально ужасно. Только Марван у нас очень приятный. А вот мы двое очень темпераментные, так что крик стоит тот еще.

Мутасем: Ну, наверное, не как у отца с матерью, а скорее как у брата с сестрой.

Хиба: Ну, к примеру, мне запрещают высказывать свое мнение, но если я молчу, он раздражается, тогда я что-то говорю, но он все равно раздражается. И как мне действовать – совершенно непонятно.

Мутасем: Она губит мою репутацию. 

Хиба: Да, нелегко. Но суть в следующем: если все из нас довольны этапом разработки, мы не спорим. Но если кто-то из нас не уверен, мы всегда озвучиваем свое мнение, потому что это срабатывает. Если Марван уверен в чем-то, а мы с Мутасемом считаем иначе, мы либо можем убедить его, либо нам придется доказать, что он не прав. Так происходит развитие. И наоборот, иногда Мутасем и Марван уверены в чем-то, а мне кажется, что это не соответствует характеру клиента, потому что именно я больше всего общаюсь с клиентами, я вижу, в каких кругах они вращаются, и могу предположить, что им может показаться немного безвкусным или дешевым, или не соответствующим их стандартам. Просто я говорю от лица клиента, которого Марван с Мутасемом знают далеко не так хорошо, как я.

Марван: На этапе разработки мы никогда не боимся отбросить все и начать заново. Иногда мы бьемся над чем-то два, три дня, застреваем, а потом Мутасем приходит в офис и говорит: «А знаете что? Удалите-ка файл и начнем все сначала».

Лика: Людям на самом деле очень важно знать, как работает такая фантастическая команда. Потому что вы полны жизни, вы спорите, у вас рождаются новые идеи, и это и есть сама жизнь, испытания, работа.

Хиба: Так и есть. Это наша реальность. И хотя люди думают, что эти проекты рождаются за день, это совсем не так. Путь, который мы проходим с нашими клиентами, – это непростой путь, полный самых разных событий. Они все фантастические люди, нам ужасно повезло, что у нас такие удивительные клиенты, но нам все равно приходится убеждать их, лезть из кожи вон, чтобы они были довольны тем, что мы делаем, давать им возможность позволять нам быть креативными.

Марван: Мы показываем клиентам наши разработки очень дозированно, не высылаем им материалы, проекты, рендеринг и все остальное, потому что они будут менять то одно, то другое, будут постоянно пытаться представить, как все будет выглядеть, и это в конце концов им наскучит, а в результате они увидят не то, что ожидали. Так что если они увидят это только один раз, в рамках самого события, то это останется в их памяти как нечто прекрасное, живое.

Мутасем: На самом деле самое лучшее, что происходит каждый раз, это фраза: «Я не ожидал такой красоты». Для нас это самое большое достижение.

Лика: Знаете, креативные люди часто говорят о своих проектах так: «Здорово, но могло быть и лучше». А вы как оцениваете свою работу? Вам всегда нравится результат на все сто процентов?

Мутасем: Нет. Никаких ста процентов. Ста процентов не бывает. Никогда.

 

 

Лика: То есть вы всегда уверены, что могли бы сделать немного лучше?

Хиба: Да. Всегда есть что-то, что, по нашему ощущению, мы должны были сделать лучше.

Мутасем: Если бы мы сделали что-то на все сто процентов, то мы не смогли бы сделать что-то еще на все сто. Сколько раз за свою жизнь ты можешь сделать что-то на все сто? Так что пусть будет 75–80%.

Хиба: Мы трое просто такие, какие мы есть: мы никогда не будем делать что-то, за что потом может быть стыдно. Мы никогда не сделаем что-то таким образом, что сразу понятно, что мы можем сделать лучше. Иногда, конечно, выбора просто нет: ограничено время или жестко фиксировано место, обстоятельства разные бывают. Но если выбор есть, мы всегда ставим клиента превыше всего. И всегда находим способ соединить его запросы с нашими.

Лика: Вы видели российские свадебные проекты?

Хиба: Да. Впечатляет образ мышления, они всегда такие ультрамодные и сконцентрированные на развлечениях. В этом существенное отличие от наших проектов, которые больше сосредоточены на декоре. Но в целом очень креативно.

Лика: Что бы вы им могли посоветовать, как им мыслить, как строить свой бизнес? Наверное, это слишком сложный вопрос…

Мутасем: Надо работать. Выкладываться с полной отдачей. Не останавливаться и быть честными. Вот и все.

 

Текст: Лика Длугач

Фото: Миша Мун

Поделиться: